Особенности продажи квартиры с несовершеннолетним ребенком

В настоящее время на рынке недвижимости предложение превышает спрос, а продажа квартиры с ребенком еще одно не малозначимое препятствие для совершение сделки, именно поэтому цены на недвижимость в данной категории объектов существенно разнятся.
Рассмотрим две категории объектов недвижимости, в которых зарегистрирован ребенок. В первом случае ребенок является собственником квартиры (доли в квартире), в этом случае необходимо согласие не только законных представителей ребенка (родителей), но и официальное разрешение органов опеки и попечительства.
Согласно п.1 ст. 28 ГК РФ за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки за исключением мелких бытовых, могут совершать от их имени только их родители, опекуны и усыновители. Дети возрастом в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки, за исключением распоряжения своим заработком, стипендией и иными доходами; осуществлении права автора произведения науки, литературы или искусства, изобретения или иного охраняемого законом результата своей интеллектуальной деятельности; в соответствии с законом вносить вклады в кредитные организации и распоряжаться ими; совершать мелкие бытовые сделки. По достижении шестнадцати лет несовершеннолетние также вправе быть членами кооперативов в соответствии с законами о кооперативах, с письменного согласия своих законных представителей — родителей, усыновителей или попечителя. Сделка, совершенная таким несовершеннолетним, действительна также при ее последующем письменном одобрении его родителями, усыновителями или попечителем(ст. 26 ГК РФ). Соответственно несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати лет могут сами совершать сделки и подписывать договор купли-продажи, но с разрешения родителей (обоих родителей, даже если они в разводе) и органов опеки и попечительства.
Примером служит Апелляционное определение СК по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 05 октября 2012 г. Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску Пантелеевой И. А. к Пантелееву П. А. о понуждении к даче разрешения на совершение сделки купли-продажи долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежащих несовершеннолетним детям, без согласия отца, по апелляционной жалобе Пантелеевой И.А. на решение Хабаровского районного суда Хабаровского края от 01 августа 2012 года.
Заслушав доклад судьи Кочуковой Г.Н., пояснения Пантелеевой И.А. и ее представителя — Путятиной О.А, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Пантелеева И.А. обратилась в суд с иском к Пантелееву П.А. о понуждении к даче разрешения на совершение сделки купли-продажи долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежащих несовершеннолетним детям, без согласия отца.
В обоснование заявленных требований указала, что с Пантелеевым П.А. находится в разводе с ДД.ММ.ГГГГ Ответчик алиментов не платит, материальной поддержки не оказывает. У нее с Пантелеевым П.А. от брака имеются дети: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ р., и две несовершеннолетних дочери ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которые проживают вместе с ней по «адрес» Указанная квартира принадлежит им на праве собственности в равных долях по 1/4. Истец вместе с детьми решила переехать в г. Смоленск, где живут их родственники, которые также осуществляют поддержку их семьи как моральную, так и материальную, и они дали согласие на прописку и проживание Пантелеевой И.А. и ее детей до момента приобретения квартиры в г. Смоленске. Истец несколько раз просила бывшего мужа о том, чтобы он дал разрешение на продажу доли в квартире несовершеннолетних дочерей, но он категорически отказался. В настоящее время ей необходимо продать квартиру с одновременной покупкой другого жилого помещения: квартиры, находящейся в Смоленской области в г. Смоленск.
Так как для продажи квартиры ей требуется разрешение опеки и попечительства, она снова обратилась к ответчику с просьбой подать заявление о согласии на продажу доли в квартире детей в отдел опеки и попечительства, но Пантелеев П.А. отказался.
В апреле 2012 года она обратилась в отдел опеки и попечительства по Хабаровскому муниципальному району с заявлением о выдаче разрешения на совершение сделки отчуждения доли квартиры, принадлежащей несовершеннолетним детям, но ДД.ММ.ГГГГ получила ответ, в котором содержался отказ в связи с тем, что ответчик категорически отказывается от продажи принадлежащей его детям жилой площади.
Просила суд разрешить ей вышеуказанную сделку без согласия Пантелеева П.А.
Решением Хабаровского районного суда Хабаровского края от 01 августа 2012 года в удовлетворении исковых требований Пантелеевой И.А. отказано.
В апелляционной жалобе Пантелеева И.А. просит решение суда отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
Из материалов дела следует, что в соответствии с договором о передаче жилого помещения в собственность граждан N, заключенном ДД.ММ.ГГГГ между КУИиЭ ХМР и Пантелеевой И.А., ФИО1., ФИО2., ФИО3., в долевую собственность последних передано жилое помещение: двухкомнатная квартира общей площадью 56,5 кв.м., жилой площадью 33,0 кв.м., расположенное по «адрес», в равных долях, т.е. по 1/4 доли каждому (л.д. 11).
На основании вышеуказанного договора за вышеуказанными лицами зарегистрировано право собственности на вышеуказанное недвижимое имущество, о чем выданы свидетельства о государственной регистрации права.
Согласно пункту 3 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации, право ребенка на распоряжение принадлежащим ему на праве собственности имуществом определяется статьями 26 и 28 Гражданского кодекса Российской Федерации. При осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (статья 37 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с п.2 ст. 37 ГК РФ опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель — давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного.
В соответствии с положениями ст. 61 СК РФ родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).
Поскольку учет мнения обоих родителей обязателен при совершении любых сделок, которые не вправе совершать самостоятельно малолетний и которые непосредственно затрагивают права этого ребенка, а отец несовершеннолетних детей не дал согласие на совершение сделки, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований Пантелеевой И.А. о понуждении к даче разрешения на совершение сделки купли-продажи долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежащих несовершеннолетним детям, без согласия отца.
Кроме того, Пантелеева И.А. в судебном заседании не представила доказательств, подтверждающих факт наличия жилого помещения в собственности детей в г. Смоленске, куда намеревается выехать на постоянное место жительства.
Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке выводов суда об отказе заявителю в удовлетворении заявленных требований и не свидетельствуют о неправильности постановленного решения.
Судебная коллегия считает, что постановленное судебное решение не противоречит собранным по делу доказательствам и требованиям закона, а апелляционная жалоба не содержит доводов, опровергающих выводы суда.
Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Хабаровского районного суда Хабаровского края от 01 августа 2012 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Пантелеевой И.А. — без удовлетворения.
Для оперативного совершения сделки купли-продажи квартиры принадлежащей на праве собственности ребенку, либо с долей в квартире принадлежащей ребенку, необходимо предоставить заранее подготовленный пакет документов, в первую очередь это вышеназванное заключение органов опеки и попечительства, которое выдается только в случае улучшения жилищных условий ребенка, либо равнозначное и равноценное жилье, а именно учитывается площадь квартиры, доли ребенка в данной квартире, инфраструктура района и многие другие факторы не ущемляющие интересы ребенка. А, также стандартный перечень документов: правоустанавливающие документы на продаваемую и покупаемую недвижимость, выписки из домовых книг, финансово-лицевые счета, единые жилищные документы, кадастровые паспорта и справки об инвентаризационной стоимости имущества из территориальных отделений Бюро технической инвентаризации по продаваемой и покупаемой недвижимости.
Второй пример из судебной практики также подчеркивает необходимость получения разрешения органов опеки и попечительства, при продаже квартиры с ребенком.
Постановление президиума Челябинского областного суда
от 12 октября 2005 г. (надзорное производство 4г05-2211)

Президиум Челябинского областного суда в составе
председательствующего Вяткина Ф.М.
членов президиума Кунышева А.Г., Фединой Г.А., Сыскова В.Л., Савик Л.Н., Балакиной Н.В.
рассмотрел в заседании гражданское дело по надзорной жалобе Главного управления Федеральной регистрационной службы по Челябинской области на решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 16 мая 2005 года.
Заслушав доклад члена президиума Балакиной Н.В., выслушав представителя ГУ ФРС Хлызову Д.И., президиум установил:
П.Т.А. обратилась в суд с заявлении об оспариваний действий Главного управления Федеральной регистрационной службы по Челябинской области (ГУ ФРС), и просила признать незаконным отказ в государственной регистрации права по мотиву отсутствия согласия на совершение сделки от органа опеки и попечительства, поскольку она заключила договор купли-продажи квартиры с несовершеннолетней Ж.М.С. с согласия ее материи Ж.С.Б., что соответствует требованиям п.1 ст.26 ГК РФ.
Представитель ГУ ФРС с заявлением не согласился, пояснив, что требование регистрационной службы о получении согласия от органа опеки и попечительства при совершении сделки с несовершеннолетним основано на положениях ст.37 ГК РФ и ст.60 СК РФ.
Заинтересованные лица Ж.М.С. и С.Б. в судебном заседании не участвовали.
Суд постановил решение об удовлетворении заявления.
В надзорной жалобе ГУ ФРС просит отменить судебное решение, указывая на нарушение судом при разрешении спора норм материального права.
Определением судьи Челябинского областного суда Балакиной Н.В. от 23 сентября 2005 г. дело передано для рассмотрения по существу в президиум Челябинского областного суда.
Обсудив мотивы надзорной жалобы и определения о передаче дела в президиум, проверив материалы дела, президиум находит надзорную жалобу подлежащей удовлетворению.
Из материалов дела следует, что 28 января 2005 года между Ж. М.С. и П.Т.А. был заключен договор купли-продажи однокомнатной квартиры общей площадью 32,9 кв. м, расположенной по адресу г. Челябинск, ул. С.Юлаева, д. 1-а кв. 6.
Ж.М.С., вступавшая в качестве Продавца квартиры, на момент совершения сделки являлась несовершеннолетней, действовала с согласия своей матери Ж.С.Б., что закреплено в тексте договора.
2 февраля 2005 года всем сторонам договора было направлено требование ГУ ФРС о необходимости предоставления постановления органов опеки и попечительства, подтверждающее согласие на совершение данной сделки со ссылкой на требования ст.37 ГК РФ.
5 апреля 2005 года П.Т.А. было отказано в государственной регистрации договора купли-продажи и прав собственности в связи с непредставлением требуемого документа.
Признавая отказ ГУ ФРС незаконным, суд сослался на п.1 ст.26, п.2 ст.37 ГК РФ, п.3 ст.60 СК РФ, указав, что сделка совершена в соответствии с данными нормами права с согласия матери несовершеннолетней Ж.М.С., которой на момент совершения сделки было 17 лет, дополнительного разрешения органов опеки и попечительства не требуется.
При этом суд также сослался на положения п.4 ст.292 ГК РФ в редакции ФЗ N 213-ФЗ от 30.12.2004 г., где установлено, что согласие органа опеки и попечительства необходимо в случае, если производится отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, указав, что до внесения изменений названная норма предусматривала отчуждение жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника только с согласия органа опеки и попечительства.
Однако, выводы суда основаны на неправильном толковании закона.
В соответствии с ч.3 ст.60 СК РФ право ребенка на распоряжение принадлежащим ему на праве личной собственности имуществом определяется ГК РФ, в частности, статьей 26 для несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.
Согласно п.1 ст.26 ГК РФ несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет совершают сделки с письменного согласия своих законных представителей-родителей.
При осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (ст.37 ГК РФ).
В соответствии с п.2 ст.37 ГК РФ опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель — давать согласие на совершение сделок по отчуждению имущества подопечного, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав.
По смыслу приведенных норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, для совершения такой сделки как купля-продажа жилого помещения, собственником которого является несовершеннолетний, необходимо предварительное разрешение органа опеки и попечительства.
Положения, закрепленные в п.4 ст.292 ГК РФ, также подтверждают необходимость согласия органа опеки и попечительства при совершении сделок с жилыми помещениями, в которых проживают несовершеннолетние.
Кроме того, разрешая спор, суд не учел, что критерием оценки действительности сделки является реальное соблюдение имущественных прав ребенка, что в данном случае не было проверено ни органом опеки и попечительства ни судом.
Из материалов дела усматривается, что несовершеннолетняя Ж.М.С. была зарегистрирована в спорной квартире вместе с родителями, по условиям договора они должны были сняться с регистрационного учета в течение семи дней с момента подписания договора. Согласно расписки, сумма, вырученная от продажи квартиры, получена матерью несовершеннолетней Ж.С.Б., тогда как п.4 ст.60 СК РФ закрепляет принцип раздельности имущества родителей и детей.
Обстоятельства, свидетельствующие о соблюдении прав несовершеннолетней Ж.М.С. при совершении сделки купли-продажи принадлежащей ей на праве собственности квартиры, в частности, обеспечена ли она другим жильем, судом не установлены.
Таким образом, судом при рассмотрении дела допущены существенные нарушения норм материального права, решение подлежит отмене.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.388, 390 ГПК РФ, президиум постановил:
Отменить решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 16 мая 2005 года, дело передать на новое рассмотрение в тот же суд.
А также, при многочисленных спорах в сделках совершенными несовершеннолетними было вынесено Решение Верховного Суда РФ от 15 августа 2007 г. Верховный Суд Российской Федерации, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению К.О.В. о признании недействующим абзаца четвертого пункта 8 Инструкции о порядке государственной регистрации прав несовершеннолетних на недвижимое имущество и сделок с ним, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 20 июля 2004 года N 126, установил:
абзац четвертый пункта 8 Инструкции о порядке государственной регистрации прав несовершеннолетних на недвижимое имущество и сделок с ним (далее — Инструкция), утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 20 июля 2004 года N 126, предусматривает, что при проведении правовой экспертизы документов и проверки законности сделки необходимо установить, требуется ли в соответствии с законодательством Российской Федерации предварительное разрешение (согласие) органа опеки и попечительства. Согласно законодательству Российской Федерации предварительное разрешение (согласие) органа опеки и попечительства требуется в том числе в случаях: дачи согласия законным представителем несовершеннолетнему в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет на отказ от права преимущественной покупки доли в праве общей собственности на имущество или отказа законных представителей несовершеннолетнего в возрасте до четырнадцати лет от указанного права.
К.О.В. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании недействующим абзаца четвертого пункта 8 Инструкции в части, предусматривающей предварительное разрешение (согласие) органа опеки и попечительства в случае дачи согласия законным представителем несовершеннолетнему в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет на отказ от права преимущественной покупки доли в праве общей собственности на имущество.В обоснование своего требования указал на то, что оспариваемое нормативное положение противоречит статьям 1, 153, пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ, нарушает его право на государственную регистрацию действительного, соответствующего законодательству и исполненного сторонами договора купли-продажи 1/6 доли в праве собственности на квартиру и перехода к нему права собственности на указанную долю, т.к. одним из сособственников данной квартиры является несовершеннолетний.
В судебном заседании представитель заявителя К.В.А. поддержала заявленное требование, ссылаясь на то, что ни один федеральный закон не требует представлять предусмотренное оспариваемой нормой разрешение (согласие) на отказ несовершеннолетнего от преимущественного права покупки, орган опеки и попечительства ни при каких обстоятельствах не может дать отрицательного ответа, нотариально засвидетельствованный отказ является достаточной мерой защиты интересов несовершеннолетнего сособственника, действует презумпция добросовестности родителей, которым нотариусом разъясняются последствия отказа.
Представители Министерства юстиции Российской Федерации В. и К.В.О. возражали против удовлетворения заявления, пояснив, что оспариваемое положение Инструкции соответствует требованиям действующего законодательства, которым установлена необходимость получения предварительного согласия органа опеки и попечительства в случаях совершения несовершеннолетним сделок, не только влекущих уменьшение имущества подопечного, но и иных сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, в связи с чем требования К.О.В. являются необоснованными.
Выслушав и обсудив доводы участвующих в деле лиц, проверив оспариваемое нормативное положение на соответствие федеральным законам, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Г., полагавшей в удовлетворении заявленного требования отказать, Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения заявления.
Статьей 10 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» предусмотрено, что федеральный орган в области государственной регистрации разрабатывает и издает методические материалы по вопросам практики ведения государственной регистрации прав органами по государственной регистрации.
Федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним является Министерство юстиции Российской Федерации, что установлено в пункте 1 Положения о нем, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года N 1313 (в редакции от 7 мая 2007 года).
Министерство юстиции Российской Федерации, реализуя свои полномочия, приказом от 20 июля 2004 года N 126 утвердило Инструкцию, отдельные положения которой оспариваются заявителем. Приказ зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 22 июля 2004 г., регистрационный N 5938, опубликован в «Российской газете» 29 июля 2004 г., N 160.
В Инструкции конкретизированы законодательные положения, определяющие порядок государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, с учетом особенностей проведения государственной регистрации прав несовершеннолетних на такое имущество и сделок с ним.
Обязанности органов опеки и попечительства защищать интересы несовершеннолетних лиц вытекает # из пункта 1 статьи 7 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», которым установлено, что органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, должностные лица указанных органов в соответствии со своей компетенцией содействуют ребенку в реализации и защите его прав и законных интересов с учетом возраста ребенка и в пределах установленного законодательством Российской Федерации объема дееспособности ребенка посредством порядка защиты прав, установленных законодательством Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 26 Гражданского кодекса РФ несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки, за исключением названных в пункте 2 настоящей статьи, с письменного согласия своих законных представителей — родителей, усыновителей или попечителя.
В соответствии с пунктом 3 статьи 34 того же Кодекса орган опеки и попечительства по месту жительства подопечных осуществляет надзор за деятельностью их опекунов и попечителей.
Согласно пункту 2 статьи 37 Кодекса опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель — давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного.
Данные правила распространяются и на родителей при осуществлении ими правомочий по управлению имуществом ребенка (пункт 3 статьи 60 Семейного кодекса РФ).
Оспариваемая норма, требующая разрешение (согласие) органа опеки и попечительства в случае дачи согласия законным представителем несовершеннолетнему в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет на отказ от преимущественного права покупки доли в праве общей собственности на имущество, должна рассматриваться в единстве с положениями статьи 250 Гражданского кодекса РФ, которая устанавливает преимущественное право покупки в случае отчуждения доли в праве общей собственности, защищая тем самым интересы остальных участников долевой собственности, связанные с владением и распоряжением общим имуществом, так как ставит их в привилегированное положение по отношению к посторонним лицам.
Отказ от преимущественного права покупки является действием, влекущим прекращение вытекающего из отношений общей собственности права отказавшегося лица, и, соответственно, обязанности продавца продать именно ему отчуждаемую долю, а равно возникновение у продавца права на отчуждение доли в общей собственности другому избранному им лицу.
Действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, признаются сделками (статья 153 Гражданского кодекса РФ).
Следовательно, отказ от принадлежащего подопечному преимущественного права покупки, влекущий уменьшение объема его прав как участника общей долевой собственности, относится к сделкам, на совершение которых в силу пункта 2 статьи 37 Гражданского кодекса РФ требуется предварительное разрешение органа опеки и попечительства.
Невыполнение указанного требования закона может повлечь нарушение прав несовершеннолетнего, принадлежащих ему в связи с участием в общей собственности. В частности, если родитель, являясь наряду с ним участником общей собственности, выражает свое согласие на совершение сделки с намерением самому воспользоваться данным правом в ущерб интересам ребенка, либо когда другой родитель настаивает на реализации несовершеннолетним, обладающим достаточными средствами для покупки, преимущественного права приобретения отчуждаемой доли, либо когда законный представитель и несовершеннолетний заблуждаются в последствиях отказа от имеющегося права на приобретение доли и т.п.
Выяснение действительного желания и возможности реализации несовершеннолетним участником долевой собственности принадлежащего ему преимущественного права покупки, мнения обоих родителей, наличия или отсутствия противоречия между интересами родителей и детей, когда родители в силу пункта 2 статьи 64 Семейного кодекса РФ не вправе представлять интересы своих несовершеннолетних детей, и других обстоятельств, имеющих значение для защиты интересов несовершеннолетнего, входит в компетенцию органов опеки и попечительства, в связи с чем нельзя признать правильной ссылку представителя заявителя на достаточность разъяснения нотариусом последствий отказа от преимущественного права покупки.
Довод заявителя о нарушении требований статьи 1, пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ является необоснованным, поскольку в данном случае права на совершение сделки по отчуждению доли в общей собственности, участником которой является несовершеннолетний, ограничены вышеназванными нормами федерального закона, а не оспариваемой нормой, принятой в их развитие и соответствующей им.
В соответствии с частью 1 статьи 253 Гражданского процессуального кодекса РФ суд, признав, что оспариваемые нормативные положения не противоречат федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении заявления.
Руководствуясь статьями 194-199, 253 Гражданского процессуального кодекса РФ, Верховный Суд Российской Федерации решил:
в удовлетворении заявления К.О.В. отказать.
Решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней со дня его принятия в окончательной форме.

Во втором случае ребенок не является собственником квартиры (доли в квартире), но имеет постоянную регистрацию в квартире, в соответствии с п.28 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства, регистрация по месту жительства несовершеннолетних граждан, не достигших 14-летнего возраста и проживающих вместе с родителями (усыновителями, опекунами), осуществляется на основании документов, удостоверяющих личность родителей (усыновителей), или документов, подтверждающих установление опеки, и свидетельства о рождении этих несовершеннолетних путем внесения сведений о них в домовые (поквартирные) книги или алфавитные карточки родителей (усыновителей, опекунов). Указанная регистрация осуществляется с выдачей свидетельства о регистрации по месту жительства.
На основании п.2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей — родителей, усыновителей или опекунов.
Соответственно в данном случае разрешения для продажи квартиры не требуется, однако выписать ребенка на улицу тоже не получиться, а новый собственник квартиры вряд ли согласится на такого плана обременения, поэтому ребенок при выписке должен одновременно быть прописан в другое место жительства к одному из родителей, причем не имеет значения равноценное это жилье предыдущему или нет, однако оно должно отвечать санитарным и техническим нормам.
В этом случае можно в качестве примера рассмотреть Решение Сибайского городского суда Республики Башкортостан от 15 ноября 2010 г. Сибайский городской суд РБ рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Дмитриевой Г.Н. к Дмитриевой Г.Ю. о признании её и ребенка прекратившими право пользования квартирой и встречному иску Дмитриевой Г.Ю. к Дмитриеву Н.Ю. и Дмитриевой Г.Н. о признании договора дарения квартиры недействительным, свидетельства о государственной регистрации права недействительным, сохранении права пользования жилым помещении и обязательстве обеспечения ребенка жилым помещением, и вселении в квартиру,
УСТАНОВИЛ:
Дмитриева Г.Н. обратилась в суд с иском к Дмитриевой Г.Ю. о признании её и её ребенка А.Н., ДД.ММ.ГГГГ., прекратившими право пользования двухкомнатной квартирой по «адрес» на том основании, что квартира перешла в её собственность от сына Н.Ю. на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ серии N В настоящее время Дмитриева Г.Ю. и Дмитриева А.Н. зарегистрированы в квартире, хотя сами в квартире не проживают, не несут расходы по содержанию жилья, не производят оплату квартплаты и коммунальных услуг. С ответчиками какого-либо соглашения не имеется, они не являются членами её семьи. Обосновывая иск, истец ссылается на ст. 288 ГК РФ о том, что собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом в соответствии с его назначением, и ч. 1 ст. 31 ЖК РФ о том, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника, каковыми ответчик не является.
В судебном заседании Дмитриева Г.Н. поддержала свой иск и пояснила, что квартира по «адрес» принадлежала её отцу, которую по завещанию оставил её сыну. В период брака сын и ответчик проживали в ней, а ДД.ММ.ГГГГ она с дочерью выехала из квартиры, вывезла все свои вещи. С тех пор они не живут, не платят за коммунальные услуги. Сын уехал на вахту ДД.ММ.ГГГГ., ответчик Дмитриева Г.Ю. выехала сразу же. У них произошел скандал из-за того, что она подала на алименты. Сын сказал, что раз подала на алименты, то она должна выехать из квартиры, а сам подал на развод. Внучку она ей не показывала, видела её всего 3 раза, хотя ей 5-ый год, говорила, что ею будет заниматься лишь сама и её мама. Она вывезла стиральную машинку, ноутбук, диван, кухонные принадлежности, микроволновку, тумбу-стол, комод, постельное белье. Квартира сейчас пустует, сын снялся с регистрации, сама проживает у дочери по «адрес», которая является собственником квартиры, она перешла ей по наследству от отца, её бывшего мужа, там она только зарегистрирована. Сын подарил квартиру ей, она её хочет продать, сын собирается уезжать за границу, но не может продать, так как там зарегистрирована ответчик с дочерью. Изначально, отец хотел оставить квартиру ей, но по договоренности написал завещание на внука, т.е. её сына. Встречный иск Дмитриевой не признает, считая, что она не имеет права на её квартиру.
Дмитриева Г.Ю. иск Дмитриевой Г.Н. не признала, обратилась с встречным иском к Дмитриевой Н.Ю, и Дмитриевой Г.Н. о признании вышеуказанного договора дарения квартиры и свидетельства о государственной регистрации права на квартиру недействительными, вселении их в квартиру, сохранении права пользования жилым помещении и обязательстве обеспечения ребенка жилым помещением.
В обоснование иска Дмитриева указала, что иск о прекращении право пользования жилым помещением её и дочери нарушают Конституционные права и ущемляет интересы её малолетней дочери. ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком Дмитриевым Н.Ю., был заключен брак, после чего она, с согласия мужа Дмитриева Н.Ю. с ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована в указанной квартире по «адрес». Квартира принадлежала Дмитриеву Н.Ю. на праве собственности, которая досталась ему от его деда. ДД.ММ.ГГГГ у них родилась дочь А.Н., которая также была автоматически зарегистрирована по указанному адресу с ДД.ММ.ГГГГ и проживала по указанному адресу вместе с ними.
ДД.ММ.ГГГГ брак между ними на основании решения мирового суда судебного участка N3 по г. Сибай был расторгнут. Она вместе с дочерью была вынуждена выехать из указанной квартиры по требованию мужа. После выезда из квартиры бывший муж Дмитриев Н.Ю. передал указанную квартиру в собственность своей матери Дмитриевой Г.Н. по договору дарения, и в настоящее время у неё и у дочери нет другого жилья и они не в состоянии приобрести его. Они временно снимают комнату.
Указывает, что прекращение право пользования квартирой затрагивает и ущемляет интересы её малолетней дочери, после расторжения брака она приобрела статус бывшего члена семьи собственника квартиры. В соответствии со ст.55 Семейного кодекса РФ, это не должно влиять на права ребенка, ее статус остается прежним. Согласно ст. 20 ГК РФ, местом жительства несовершеннолетних детей, не достигших 14 лет, признается место жительства их законных представителей, родителей. Прекращение права пользования квартирой повлечет нарушение прав ребенка, гарантированных ему Конституцией РФ и главой 11 Семейного кодекса РФ, в частности на проживание и воспитание в семье, на заботу родителей и совместное с ними проживание, так как ребенок не имеет другого жилья. Ребенок в семье живет за счет алиментов, взыскиваемых с ее отца и пособия.
В соответствии с п. 1 ст. 65 Семейного кодекса РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей. Удовлетворение требований истца будет противоречить интересам несовершеннолетнего ребенка, не приобретшего на день рассмотрения дела права на пользование каким-либо иным жилым помещением.
Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (п. 1 ст. 63 Семейного кодекса). Приведенные права ребенка и обязанности его родителей сохраняются и после расторжения брака родителей ребенка.
В соответствии с ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ, если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащему указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.
По мнению истца, Дмитриев Н.Ю. без её ведома и согласия, без разрешения органов опеки и попечительства, не имел права, в ущерб законным интересам ребенка, подарить свою квартиру Дмитриевой Г.Н., в обоснование чего ссылается на ст. 64 Семейного кодекса РФ и ст. 292 ГК РФ согласно которому члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением, члены семьи собственника жилого помещения могут потребовать устранения нарушений их праву на жилое помещение от любых лиц, включая собственника помещения. Отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.
Поэтому истец, указывая, что сделка совершена в нарушение закона и нравственности, полагает, что договор дарения является незаконным, чем она и её ребенок были лишены законных прав, гарантированных Конституцией РФ, на жилье и право проживания и пользования жилым помещением, принадлежащим отцу ребенка, где она родилась, прописана и имеет право пользования жилым помещением.
Так же истец Дмитриева ссылается на с ч. 4 ст. 3 Жилищного кодекса РФ, согласно которому никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены действующим законодательством.
На сегодняшний день воспитанием ребенка занимается только она, получает алименты от бывшего мужа, которых не хватает на приобретение другого жилья, они соразмерны только ежемесячным расходам на содержание ребенка, приобретение продуктов, одежды. Другого жилья у неё нет, и она не в состоянии обеспечить своего ребенка другим жилым помещением.
Просила признать договор дарения квартиры ДД.ММ.ГГГГ и свидетельство о государственной регистрации права собственности серии N от ДД.ММ.ГГГГ недействительными, сохранить её право и право ребенка на дальнейшеё пользование жилым помещением, вселить их в квартиру, обязать Дмитриева Н.Ю, обеспечить жилым помещением своего ребенка А.Н.
В судебном заседании Дмитриева Г.Ю. поддержала свой по указанным в иске основаниям. Пояснила, что в ДД.ММ.ГГГГ они выехали из квартиры вынужденно, так как перед отъездом на вахту муж ультимативно сказал, чтобы к его приезду в квартире их не было, угрожал, что в противном случае побьет или выкинет их на улицу. Она ушла, так как боится его, ранее он избивал её, но она до суда дело не доводила. Это было примерно в ДД.ММ.ГГГГ. Боясь за жизнь свою и ребенка, ушла, забрала только необходимые вещи. Подала на алименты, так как он не выделял денег на питание, одежду, денег не хватало, сама работала продавцом. Считает, что без её согласия он не мог подарить квартиру, так как она представляет интересы ребенка. До брака дружили два года, в ДД.ММ.ГГГГ переехала к нему жить. Своего жилья не имеет, до знакомства с Дмитриевым жила у родителей по «адрес». Сейчас они квартиру продали, купили дом по «адрес». Поскольку дочь и она прописаны в квартире Дмитриева, просит вселить их в квартиру, ребенок родилась там и имеет право проживать.
Ответчик Дмитриев Н.Ю. просил удовлетворить иск Дмитриевой Г.Н. по заявленным ею основаниям, и отказать в иске Дмитриевой Г.Ю. указав в возражении следующие основания.
При изложении и обосновании своих исковых требований о признании договора дарения не действительным истица сослалась лишь на ст. 20 и ст. 292 ГК РФ и не сослалась ни на одно из оснований для признания данного договора недействительным, предусмотренных Главой 18 ГК РФ. По его мнению, она не сослалась на нормы гражданского законодательства в обоснование своего иска потому, что таких норм нет.
Ни какие имущественные или жилищные права Дмитриевой Г.Ю. и дочери А.Н. при заключении договора дарения ни ею ни Дмитриевой Г.Н. не нарушены.
Действительно в ст. 20 ГК РФ сказано, что местом жительства несовершеннолетнего или гражданина, находящегося под опекой, признается место жительства их законных представителей — родителей, усыновителей или опекунов.
Опека над их дочерью А.Н., ДД.ММ.ГГГГ рождения, не установлена. Её законными представителями — родителями, являются он и Дмитриева Г.Ю. Его место жительства — «адрес», а Дмитриева Г.Ю. проживает по «адрес». А.Н. проживает вместе со своей матерью — Дмитриевой Г.Ю. в доме 10 по «адрес», что вполне соответствует ч. 2 ст. 20 ГК РФ. Жилищные права несовершеннолетней А.Н. при этом ни чем и ни кем не нарушаются. А.Н. имеет постоянное место жительства и проживает вместе со своей матерью на основании решения суда, которым определено ее место жительства — с матерью, а также на основании того, что еще в ДД.ММ.ГГГГ, до расторжения брака с ним, Дмитриева Г.Ю. сама, добровольно выехала с дочерью на новое место жительства к своим родителям по «адрес»
Имущественных прав на квартиру по «адрес» ни Дмитриева Г.Ю., ни дочь А.Н. ни когда не имели и не имеют в настоящее время. Сделка дарения междуим и его матерью имущественные интересы истцов не нарушает. Дмитриева Г.Ю. еще за пять месяцев до совершения сделки перестала быть членом семьи собственника этого помещения и сама прекратила совместное проживание с собственником в его квартире, переехав к своей матери. В связи с этим ему не было необходимости выселять ее и дочь из своей квартиры на момент осуществления сделки по дарению квартиры, так как в квартире ни кто, в том числе и он, не проживал.
В соответствии с ч. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилое помещение к другому лицу является основанием для прекращения права пользования этим жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.
Сделка по отчуждению жилого помещения совершается в соответствии с ч. 4 ст. 292 ГК РФ только в том случае, если член семьи собственника данного помещения находится под опекой или попечительством. Его дочь А.Н. ни под опекой, ни под попечительством не состоит. Ни какого разрешения органа опеки и попечительства на совершение им сделки по отчуждению квартиры своей матери по договору дарения не требовалось и не требуется.
Считает, что законных оснований для признания сделки по дарению квартиры недействительной нет.
Все положения ст.31 ЖК РФ, в том числе и положения ч.4 ст.31 ЖК РФ о том, что «суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязанности, по их требованию» на него уже не распространяются по той причине, что он уже не является собственником спорного помещения и у него нет ни каких обязанностей как собственника этого или иного помещения.
Тот факт, что ни у дочери, ни у бывшей жены Дмитриевой Г.Ю. в собственности нет ни каких жилых помещений, как и у него, не является основанием для того, чтобы он постороннюю женщину, проживающую в доме у своих родителей, обеспечивал жильем.
Считает, что ссылки истицы на ст. 55, 60, 65 СК РФ, регулирующие порядок общения ребенка с родителями и порядок участия родителей в воспитании ребенка, ни какого отношения к заявленным истицей требованиям не имеют. В части 1 статьи 55 СК РФ прямо сказано, что расторжение брака между родителями или раздельное проживание родителей не влияет на права ребенка.
В судебном заседании Дмитриев Н.Ю. пояснил, что с Дмитриевой Г.Ю. договорились о том, что перестаем жить вместе. Она подала на алименты. Тогда он сказал, что мы не будем жить вместе, что уезжает на вахту на две недели, за это время она съезжает с квартиры. Она съехала из квартиры добровольно. С ребенком не общается вообще, так как они прячут ее. Он пытался увидеться с ней, приехал повидаться, но они спустили на него собаку, сказали, что у неё новый папа. Он полностью перестроил свою жизнь, отдал квартиру матери, так как она по праву принадлежит ей, о чем деде сказал перед смертью. У него новая семейная жизнь, хочет уехать из города. Снялся с регистрации из квартиры ДД.ММ.ГГГГ
Представитель ответчика Дмитриева Н.Ю. по доверенности Ватов А.А. просил удовлетворить иск Дмитриевой Г.Н. и отказать во встречном иске Дмитриевой Г.Ю. указывая, что с момента дарения квартиры у него и у Дмитриевой прекратилось право на данную квартиру. Договор дарения был заключен без нарушения законодательства. Факт не снятия с регистрационного учета, мешает собственнику жилого помещения распорядиться своим имуществом. Ссылки ответчика Дмитриевой на нормы права не обоснованны. Она прекратила право на проживания с ДД.ММ.ГГГГ., когда выехала сама вместе с дочерью из квартиры. Родная мама Дмитриевой не желает прописывать ее и внучку в своем доме. Дмитриева с дочерью не являются членом семьи истицы. Просит иск Дмитриевой Г.Н. удовлетворить, а иск Дмитриевой Г.Ю. оставить без удовлетворения.
Свидетель В.П., мать Дмитриевой Г.Ю., пояснила, что она за время брака дочери с Дмитриевым второй раз в жизни увидела истца Дмитриеву Г.Н. В присутствии зятя не могла находиться у них в квартире, нельзя было появляться в квартире. Видели внучку во время его вахты. Хотя они разведены, но папа обязан заботиться о ребенке, содержать её, обеспечить жильем. С квартиры дочь выгнали. Когда он был на вахте, сказала дочери, чтоб она выехала, чтоб нервы не тратить. Ночью, тайком от соседей, выехали из квартиры. Согласна с требованиями дочери, она снимает квартиру, своего жилья нет. У них дома жить ребенку невозможно, дом не достроен, там холодно, зимой температура 10 градусов.
Представитель сектора опеки и попечительства Администрации ГО г. Сибай в судебное заседание не явились, оповещена надлежаще.
Выслушав стороны, свидетеля и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Как установлено судом, квартира «адрес» принадлежала Дмитриеву Н.Ю. на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, выданного нотариусом Тусняковой Ф.М.
Дмитриев Н.Ю. и Дмитриева Г.Ю. проживали в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ у них родилась дочь А.Н.
Решением мирового судьи судебного участка N 3 по г. Сибай от ДД.ММ.ГГГГ. брак между Дмитриевыми расторгнут по иску Дмитриева.
Согласно справке ООО «ИРКЦ» N от ДД.ММ.ГГГГ в квартире зарегистрированы Дмитриева Г.Ю., ДД.ММ.ГГГГ, — с ДД.ММ.ГГГГ года и её дочь А.Н., ДД.ММ.ГГГГ., с ДД.ММ.ГГГГ.
На основании договора от ДД.ММ.ГГГГ Дмитриев Н.Ю. указанную квартиру по «адрес» подарил своей матери Дмитриевой Г.Н.. Договор зарегистрирован в Управлении ФС госрегистрации, кадастра и картографии (свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ. серии N). Договор дарения составлен в соответствии с требованиями ст. ст. 572, 574 ГК РФ.
Оспаривая данный договор, истец Дмитриева Г.Ю. считает, что она заключена в нарушение закона, с целью, противной основам правопорядка и нравственности. По её мнению, для заключения договора дарения, Дмитриев Н.Ю., в соответствии с ч. 4 ст. 292 ГК РФ, должен был получить согласие органа опеки и попечительства, поскольку отчуждением квартиры нарушены жилищные права ребенка.
Между тем, суд, данный довод, считает не убедительным.
В силу ч. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.
Данная норма распространяется на несовершеннолетних членов семьи собственника, которые находятся под опекой или попечительством либо остались без родительского попечения (о чем известно органу опеки и попечительства или должно было быть известно), к каковым А.Н. не относится. Понятие «дети, оставшиеся без попечения родителей» раскрывается в п. 1 ст. 121 Семейного кодекса РФ. К их числу относятся дети, чьи родители умерли, лишены родительских прав, ограничены в родительских правах, признаны недееспособными, родители которых болеют или длительное время отсутствуют, уклоняются от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе взять своих детей из воспитательных учреждений, лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения и других аналогичных учреждений, а также в другихслучаях отсутствия родительского попечения.
Постановлением Конституционного Суда РФ от 08.06.2010 N 13-П пункт 4 статьи 292 ГК РФ признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование — по смыслу, придаваемому емусложившейся правоприменительной практикой, — не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка — вопреки установленным законом обязанностям родителей — нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.
Действительно Конституционный Суд РФ признал, что судебной защите подлежат права и законные интересы несовершеннолетних, в том числе, считающихся находящимися на попечении родителей, но в силу обстоятельств, нельзя считать таковыми, которые были нарушены при отчуждении жилого помещения, являющегося собственностью родителя, в котором они проживают.
А.Н. к числу детей, оставшихся без попечения родителей, не относится. Она находится на попечении родителей, которые родительских прав не лишены, ребенок проживает с матерью, отцом выплачиваются алименты. Поэтому, получение согласия органа опеки и попечительства не требовалось.
Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ Дмитриева Г.Ю, вместе со своей несовершеннолетней дочерью добровольно выехали из квартиры по «адрес», и с тех пор не проживают в нем, не оплачивают коммунальные платежи. При этом, доводы Дмитриевой Г.Ю. о том, что они выехали вынужденно, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, надлежащими доказательствами не подтверждены. Свидетель В.П является её матерью и заинтересованным лицом. До подачи иска Дмитриевой Г.Н., с требованием об их вселении Дмитриева Г.Ю. не обращалась. Таким образом, права несовершеннолетней А.Н., фактически не проживавшей в квартире, отчуждением не были нарушены.
Собственник квартиры Дмитриев Н.Ю., которому квартира принадлежала задолго до брака, в соответствии со ст. 209 ч. 2 ГК РФ, имел право по своему усмотрению распоряжаться своей собственностью, дарить кому посчитает нужным.
Вместе с тем, это обстоятельство не освобождает Дмитриева от исполнения своих родительских обязанностей, предусмотренных ст. 61, 63-65 Семейного кодекса РФ, ст. 38 Конституции РФ.
В силу ч. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.
В соответствии со ст. 30 ч. 1, ч. 2 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования. Он вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или ином законном основании.
Согласно ст.35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным кодексом, другими законами, договорами, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться).
Поскольку собственником квартиры на основании договора дарения является Дмитриева Г.Н., это является основанием для прекращения Дмитриевой Г.Ю. и её дочерью права пользования квартирой. Какое-либо соглашение между истцом и ответчиком по пользованию данным помещением не достигнуто. Само по себе лишь регистрация Дмитриевой с дочерью в квартире не влечет право пользования квартирой.
Ссылка ответчика Дмитриевой Г.Ю. на ст. 31 ч. 4 ЖК РФ необоснованна, поскольку указанная норма права регулирует взаимоотношение собственника жилого помещения и бывшего члена семьи собственника. Она к членам семьи собственника жилого помещения — истца Дмитриевой Г.Н. не относится.
При таких обстоятельствах, иск Дмитриевой Г.Н. о признании Дмитриевой Г.Ю. и её дочери А.Н. прекратившими права пользования жилым помещением подлежит удовлетворению, а встречные исковое требования Дмитриевой Г.Ю. не могут быть удовлетворены.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск Дмитриевой Г.Н. удовлетворить.
Признать Дмитриеву Г.Ю. и А.Н. прекратившими право пользования квартирой, расположенной по «адрес»
В удовлетворении встречного иска Дмитриевой Г.Ю. к Дмитриеву Н.Ю. и Дмитриевой Г.Н. о признании договора дарения квартиры недействительным, свидетельства о государственной регистрации права недействительным, сохранении права пользования жилым помещением и вселении в квартиру, отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РБ в течение 10 дней со дня принятия решения судом в окончательной форме через Сибайский городской суд.
Подводя итог обзора законодательства и правоприменительной практики, можно сделать следующий вывод. При продаже жилого помещения с несовершеннолетним, согласие органов опеки и попечительства требуется лишь в том случае, если ребенку принадлежит на праве собственности отчуждаемая квартира (доля квартиры). Если же ребенок только зарегистрирован на жилой площади и не имеет в ней право собственности, то при продаже не требуется разрешение органов опеки и попечительства.

Иванов Кирилл Анатольевич
Адвокат, Учредитель Адвокатского кабинета «ПравовестЪ»
Партнер Агентства недвижимости «Корпоративная защита»
Записаться на прием по тел.: +7 (499) 390-36-59